Низкий уровень образования способствует радикализации Ближнего Востока.

25–26 февраля 2016 года в Москве прошла конференция Международного дискуссионного клуба «Валдай» при партнёрстве с Институтом востоковедения РАН на тему «Ближний Восток: от насилия к безопасности». Генеральный директор Международного Института Развития Научного Сотрудничества Ариф Асалыоглу выступил докладчиком панельной дискуссии с темой «Ближний Восток в тупике радикализма. Предложения». Основные тезисы его выступления:

Радикализм использовал и продолжает использовать религиозные атрибуты, этническую принадлежность, идеологию и отсутствие образования как средство подпитки и поддержания своего существования. Радикализм деформирует социумы, в которых появляется. В конечном итоге радикальные террористические организации, действующие в обществе, взаимодействуют не только друг с другом. Радикальные организации создают не только собственную социальную базу, но и способствуют формированию оппозиционной социальной базы, вызывая таким образом значительную социальную трансформацию. Исследования центра Pew показали, что в 2014 году по сравнению с 2013 на Ближнем Востоке выросла обеспокоенность радикализацией и экстремизмом, деяетельностью таких организаций, как Аль-Каида, Хамас и Хезболла. Согласно тому же исследованию, наибольший рост обеспокоенности наблюдается в Турции…

Факторы возникновения радикализма.

На данный момент радикальные организации, возникшие однажды на этнической и религиозной почве на географически сравнительно близких к нам территориях, укрепились до такой степени, что уже не могут быть проигнорированы, и располагают значительной социальной базой. Радикализм, являющийся сочетанием ненависти, гнева и чувства мести, а в региональном контексте - невежеством, беспомощностью и отсутствием самореализации, никогда ранее не был столь влиятельным и не находил столько приверженцев в сердце исламского мира – Ближнем Востоке. Растущая проблема радикализации в регионе хоть и приняла четкие очертания с началом арабских революций, было бы ошибочным искать причины проблемы только в текущих событиях. Радикализм - давняя хроническая проблема региона. Таким образом, радикализация началась в прошлом, а сегодня мы имеем дело с очередной ее волной.

Исторические предпосылки возникновения радикализма:

• Провал светских движений в государствах Ближнего Востока и арабских странах привел к распространению убеждения, согласно которому успех в таких больных темах, как палестинский вопрос, возможен только благодаря усилиям религиозных движений.
• Исламская революция в Иране, произошедшая в 1979 году - еще один фактор, вызвавший повышение влияния исламистского популизма в регионе. Обстановка нарастающего кризиса 1967 года вкупе с нерешенностью палестинской проблемы поспособствовали распространению религиозной пропаганды, и активность исламистских групп заметно возросла.
• Гражданские войны в Ливане 1970-х и 1980-х годов ускорили движение в сторону радикализма. После вторжения Израиля в 1982 году Ливан стал центром укрепления радикальных течений.
• События, происходившие в 90-е годы на Балканах, особенно в Боснии и Герцеговине, столкнули широкие массы общества в тупик радикализма.
• Вторжения в Афганистан и Ирак на волне терактов 11 сентября стали еще одной причиной укрепления радикализма. На фоне религиозных конфликтов в постсаддамовском Ираке так и не был установлен государственный порядок, и это сделало страну благодатной почвой для появления радикальных группировок. Таким образом, этот новый период стал первым периодом, когда радикальные террористические организации стали причиной геополитических изменений на Ближнем Востоке.
• Успех контрреволюционных сил после начала народных волнений в 2011 году породил новую волну радикализации. Те явления, что мы наблюдали раньше в Палестине, Афганистане, Боснии, Кашмире, можно увидеть сейчас в Тунисе, Египте, Ираке, Сирии, странах Персидского залива и Турции - странах, традиционно считающихся центром исламского мира.

Социально-экономические предпосылки возникновения радикализма:

• В результате проводившейся в 1980-е и 90-е годы неолиберальной политики ослабло понимание социалистического государства, и сократилась социальная функция государства. В условиях, когда обещанное государством благоденствие так и не наступило, образовавшаяся пустота была заполнена различными группами. Радикальные организации с похожей на государство социально-экономической структурой имели возможность расширить область влияния в образовавшемся социальном вакууме.
• Модернистская концепция национализма, в какой-то степени потерявшая влияние в достигших постмодернистского уровня развития цивилизованных западных странах, оказывает сильное влияние на ближневосточные этнические группы, для которых не сложились условия для формирования национального государства.
• Среди важных причин возникшей ситуации следует отметить нехватку политического авторитета и уязвимость систем безопасности. В условиях возникшего на Ближнем Востоке вакуума власти либеральные, светские, исламские политические фракции прилагают усилия по укреплению влияния, и, по утверждению Альтермана, радикальные группы перенимают опыт других групп и путем применения подобных практик пытаются создать свою собственную социальную среду обитания.
• Подпитывающие друг друга религиозные конфликты, моновластные режимы, использование региональными государствами террористических организаций как элемент внешней политики, травмы от ближневосточной политики США и стран Запада, диаметрально противоположные позиции Ирана и Саудовской Аравии при и без того низком уровне сотрудничества региональных акторов препятствуют выработке общей политики противодействия радикализации.
• Исламские политические движения, на протяжении многих лет не имевшие возможности проявлять политическую активность, после арабских восстаний пришли к власти в обширном географическом регионе, но эти группы не оправдали ожиданий. Возникшее впоследствии разочарование подготовило почву для дальнейшего укрепления радикалов.
• Как правило, в ряды ИГИЛ или подобных террористических организаций вступают люди с развитыми религиозными чувствами и невысоким уровнем образования либо молодежь, совершавшая ранее преступления. В основном это молодые люди, открытые к манипулированию, не имеющие прочных познаний в религии, на них выходят через группы крайних салафитов в социальных сетях, предлагают финансовую поддержку и помощь с бракосочетанием.
• В Европе ИГИЛ больше притягивает молодежь, переживающую кризис идентичности. Следует подчеркнуть, что движения салафитов имеют большое влияние на национальные меньшинства в Европе. Переживающие кризис идентичности представители мусульманских меньшинств (Англия, Франция, Бельгия и др.), жители стран, где в течение длительного периода времени ислам находился под давлением, и вновь вступившие в группы салафитов энергичные молодые люди (особенно на Балканах) являются основной целевой аудиторией ИГИЛ. Мусульманские общины, не сумевшие интегрироваться в новое общество, подверглись маргинализации. Чувство поражения перед Западом как итог маргинализации становится причиной того, что ИГИЛ и подобные организации становятся предметом гордости.
• В свою очередь участников из арабского мира привлекают, используя идеологические мотивы. Важную роль в этом отношении играют выступления салафитов и радикальных проповедников, распространяющиеся через Интернет (отсутствует языковой барьер). Деньги стран Персидского залива во главе с Саудовской Аравией и Кувейтом в течение многих лет используются для распространения собственной религиозной идеологии в регионах, где массово проживает мусульманское население. Эта идеология со временем приняла настолько радикально-экстремистский характер, что способна повергнуть в смятение даже своих идеологов. Практическое ее проявление можно увидеть в ненависти и актах насилия, предшествовавшим терактам ИГИЛ. Действительно, каждый лабораторный эксперимент по политизации и уходу от истоков ислама выдавал на выходе Аль-Каиду, ИГИЛ, Боко Харам, Харакат аш-Шабаб и других "франкенштейнов".
• Также следует отметить несостоятельность систем образования стран с наблюдающейся тенденцией радикализации. Проблемы в системе образования повышают популярность радикальных движений. Особенно важно понимать, кем и как дается религиозное образование. В этом контексте вероятность обучения сирийских детей и молодежи, находящихся в Турции, Ливане и Иордании радикально настроенными преподавателями может сыграть определенную роль в ускорении радикализации.
• Социально-экономические проблемы, наступившие после многих лет, проведенных в состоянии войны и конфликта.
• Несправедливая политика и недостаточность правовых норм.
• Ситуация усугубляется тем, что даже духовные лидеры, получившие широкое признание, обсуждают вопрос радикализации как исключительно религиозный, не учитывая политический, социологический и уголовный аспекты. Эта нехватка стратегического подхода порождает усиление волны насилия и увеличивает масштаб разрушений, а также открывает путь к легкой радикализации людей.