Аннотация.
Статья посвящена миграции россиян в Турцию в период с февраля 2022 по конец 2023 г. и ее социально-экономическим последствиям для принимающей стороны. В ходе исследования определен социологический портрет российских релокантов: это представители образованного и обеспеченного класса, поддерживающие связи с Россией и сохраняющие высокую вовлеченность в отечественную повестку. Анализ основан на статистических данных, социологических опросах, а также материалах российских и зарубежных СМИ. Ключевое внимание уделено факторам, повлиявшим на выбор Турции для переезда, среди которых удобное географическое положение, климат, относительно простая и финансово доступная легализация. В то же время адаптацию затрудняют языковой барьер и сложности с трудоустройством. Массовый приток россиян в 2022 г. привел к росту цен на недвижимость, товары и услуги, что вызвало ответные меры со стороны турецких властей, включая повышение стоимости “инвестиционных паспортов” и ограничение районов, доступных для оформления ВНЖ.
ВВЕДЕНИЕ
В силу ряда причин, решающими из которых на сегодняшний день видятся географическая и визовая доступность в совокупности с логистическими преимуществами в условиях антироссийских санкций, Турция не первый раз становится пристанищем – временным или постоянным – для покидающих страну граждан России. Пожалуй, главной исторической аналогией звучит миграционная волна после Октябрьской революции и Гражданской войны. Сопоставимым по масштабу видится массовый отток населения с горских земель, присоединенных к Российской империи в ходе Кавказской войны, в Османскую империю во второй половине XIX в. Всего, по официальным данным российской пограничной службы, Кавказ в то время покинули около 500 тыс. человек, особенно много – в 1864 г. Между тем на начальном этапе горцы не считались подданными царя и империи и российское правительство не препятствовало, а скорее одобряло и поощряло их выезд за ее пределы: путем создания специальных комиссий, вникающих в нужды переселенцев, частичного финансирования переезда беднейших семей и т. д. – вплоть до отмены разрешения на переселение в 1867 г.
Что же касается послереволюционной миграционной волны, то, по данным турецкого академического сообщества, звучавшим на мероприятиях, приуроченных к столетию переселения русских в Турцию, в страну тогда прибыли около 200 тыс. человек, значительно повлияв на экономику и социологическую картину ее городов. Например, население Стамбула в результате этих перемещений увеличилось на 30%. Известный русский политический деятель В.В. Шульгин писал: “В летописях 1920 год будет отмечен как год мирного завоевания Константинополя русскими”. Оценки “быстрой русификации” столицы Турции присутствуют практически во всех воспоминаниях соотечественников, нашедших там пристанище. Степень влияния русской эмиграции на культурно-исторический и социальный облик Стамбула и ряда других городов Турции основательно изучена российскими и турецкими авторами. В нашу задачу не входит сравнительный анализ той эпохи с современным миграционным трендом, хотя, по мнению турецкой стороны, ситуация во многом повторяется. Мониторинг и вдумчивый анализ ее необходим и будет полезен всем участникам процесса, включая и самих релокантов из России, налаживающих временный или постоянный быт в Турции сегодня.
Начать следует с характеристики используемых в работе понятий “релоканты” и “релокация” с учетом их недавнего, но уверенного вхождения и в отечественную, и в зарубежную социально-политическую лексику в четкой связи с российскими гражданами, уехавшими из страны в 2022–2023 гг. с началом и в ходе текущего кризиса. Например, в отношении переместившихся украинцев применимы более привычные “эмигранты”/“иммигранты”, “беженцы” и т. д. – в зависимости от их миграционного статуса. Между тем в отношении россиян широко используется (и в первую очередь ими самими) обобщающее понятие “релоканты” – независимо от реального легального статуса каждого из них за рубежом.
В нашем исследовании понятие “релокация” подразумевает вынужденную смену страны проживания россиянами под влиянием внешних и внутренних обстоятельств в связи с текущим украинским кризисом. Соответственно, “релоканты” – это переместившиеся в условиях и рамках этого процесса россияне. Среди отличительных черт сегодняшнего явления: сохранение тесных контактов с родиной, включая источники доходов, а в целом ряде случаев и работу, постоянная коммуникация с родственниками, коллегами и знакомыми, находящимися в РФ, пребывание в российском информационном поле и вовлеченность в российскую социально-политическую повестку (во всяком случае, на настоящий момент), отсутствие четких планов, неопределенная длительность пребывания за рубежом, высокая географическая мобильность (смена стран). Если эти характеристики уйдут, уступив место большей определенности, ясным планам по адаптации и интеграции, вовлеченности в локальную (не российскую) общественно-политическую и социально-экономическую повестки, релоканты станут иммигрантами в каждой из стран своего пребывания и эмигрантами для России.
ТУРЕЦКИЙ МАРШРУТ РЕЛОКАЦИИ В ЦИФРАХ
Необходимо отметить, что Турция не стала основным направлением для уехавших россиян. Главными принимающими странами в 2022– 2023 гг. были Казахстан, Сербия, Армения. Промежуточно или ситуационно в этот список входили Грузия, Узбекистан, Кыргызстан и даже Монголия. В то же время Турция – несомненный лидер по числу приобретенных в 2022 г. россиянами авиабилетов: на ее долю пришлось 23% всех продаж. В период с 21 сентября по 4 октября 2022 г. она возглавляла этот рейтинг со значительным отрывом от других направлений.
Объяснение здесь достаточно простое. Стамбул уже давно стал мощным международным авиахабом, узловым аэропортом для большого числа авиакомпаний со множеством стыковочных рейсов. Он активно использовался в этом качестве и ранее, а после рестрикций, коснувшихся российских авиакомпаний и всей отрасли в целом, включая возможность перелетов пассажиров из России, занял лидирующее, а временами монопольное положение на рынке авиаперевозок. В этом смысле Стамбул является несомненным бенефициаром текущего конфликта. В элиту мировых авиахабов стамбульский аэропорт вошел в 2011 г. и с тех пор наращивал свою мощь. Однако уже к 2017 г. стал последовательно сдавать свои позиции. Его новый взлет пришелся на 2022 г. и составил по отношению к 2019 г. 45.7%. Безусловно, это было связано с окончанием пандемии. Но ни один из других мировых “топов” не смог показать подобный рост по отношению к доковидному периоду. 2022-й стал годом Стамбула: с 28-го места авиахабов мира в 2019 г. аэропорт поднялся на 7-е место и удерживал его в 2023 г.
Таким образом, Турция стала прежде всего страной вылета россиян в другие государства (преимущественно европейские, но не только). Если говорить о Турции как пункте назначения релокации, то в 2022 г. 153 тыс. россиян получили в этой стране вид на жительство (ВНЖ), став лидерами по числу выданных разрешений. Причем большинству из них (132 тыс.) был выдан туристический ВНЖ, действующий до года. По данным агентства “Хабр”, занимающегося анализом ситуации в сфере IT, в 2022 г. Турция вошла в список государств, наиболее востребованных у специалистов в технологической среде, уступив Армении, Казахстану, Грузии, Сербии и Кипру. Основные причины такого выбора – миграционная политика перечисленных стран, климат и экология, русскоязычное IT- и бизнессообщество, благоприятные условия для развития цифровой сферы.
Если продолжить тему туристической привлекательности (климат и экология), то на втором месте после Турции для россиян находится Таиланд, правда, почти с шестикратным отрывом. Для сравнения: в год, когда Таиланд отчитался о почти 1.5 млн туристов из РФ, Турция приняла свыше 6 млн. Эти значения пока недостижимы для других стран – лидеров туристических направлений: (в порядке убывания) ОАЭ (где локомотивом выступает Дубай), Таиланд, Египет и Шри-Ланка. Свое первенство по численности формируемого туристического потока в Турцию Россия последовательно удерживала с 2017 г., уступив лишь однажды, в 2022 г., Германии. Но отметим в этой связи важный тренд: ФРГ также нарастила свой туристический поток в турецком направлении на 0.5 млн человек, который в 2023 г. достиг 6.2 млн, и уступила России лишь на 100 тыс. приезжих (общая численность российских туристов в Турции составила 6.3 млн).
Не менее важным представляется общее число иностранных туристов в Турции – 56.7 млн человек. В планах на 2024 г. Фигурировала цифра 60 млн. В рамках доработанной в 2018 г. стратегии развития туризма Анкара намерена усилить работу в новых направлениях. Турецкое министерство культуры и туризма работает над увеличением турпотока из Швеции на 23%, Финляндии – 15, США – 31, Канады – 42 и Китая – на 102% [ист. 3]. Это вполне конкретное ви́дение и облеченные в цифры задачи, которые заслуживают внимания при анализе перспектив релокантов в Турции.
Способствует ли туристическая популярность страны выбору ее в качестве места для релокации? Если смотреть на неевропейский кластер государств, то, скорее, да. Лидирующая с большим отрывом в туристическом сегменте Турция – единственная попавшая в список выбранных для этой цели направлений. В то же время главной в качестве страны проживания россиян (именно держателей российских паспортов, а не просто выходцев из России) в Европе и их релокации в ЕС в 2022–2023 гг. стала Германия. Вместе с тем стоит отметить, у каждого второго из уехавших в 2022 г. Россиян выбор страны прибытия был случайным, и Турция здесь не исключение.
МЕНЯЕТ ЛИ ТУРЦИЯ РЕЛОКАНТОВ, А РЕЛОКАНТЫ – ТУРЦИЮ?
Если вопрос о связи туристической привлекательности страны и выбора ее в качестве нового постоянного или временного места жительства остается открытым, то связь конкретных туристических локаций внутри страны с этим выбором вполне очевидна. Анализ распределения мигрантов по турецким провинциям показывает, что наибольшее количество в 2022 г. принял Стамбул – 35.4%, затем Анталия – 14.8, Анкара – 5.4, Бурса – 3.9 и Мерсин – 3.8%. Стамбул, Анкара и Анталия также лидируют и по числу покидающих Турцию лиц.
Российские релоканты составляли четверть всего миграционного потока. В 2022–2023 гг. они приобрели в разных городах Турции более 27 тыс. объектов недвижимости, заняв по итогам 2022 г. первую строку по количеству сделок среди иностранных покупателей и удержав ее в 2023 г. В то же время в 2023 г. число предложений стало существенно меньше: 10.56 тыс. вместо 16.3 тыс. годом ранее. В начале 2024 г. спрос на турецкую недвижимость среди россиян по-прежнему был выше, чем у других групп: иранцев, иракцев, украинцев. Список соответствует рейтингу стран – поставщиков мигрантов в Турцию (за исключением афганцев). Но зимой 2024 г. это были уже не тысячи, а сотни, а где-то даже десятки объектов жилья, то есть показатели снижались существенно. Наконец в феврале турецкое государственное статистическое агентство отчиталось о 1846 объектах жилой недвижимости, приобретенных иностранцами, что на 44.9% меньше, чем в феврале 2023 г. На этом фоне специалисты спрогнозировали скорое сокращение спроса россиян на турецкую недвижимость, что и произошло. По результатам первого квартала 2024 г. Некоторые агентства, специализирующиеся на зарубежной недвижимости, сообщили о падении интереса и сокращении числа сделок с участием россиян по покупке объектов в Турции на 88%.
Масштабное снижение, как и прежде масштабный рост, в целом подчинено общим для всего сегмента зарубежной недвижимости причинам, главной из которых в контексте нашего исследования является сокращение потока релокантов из России. К ним добавляются значимые для самого рынка факторы: нестабильность валютного курса, технические сложности в виде санкционных ограничений при проведении сделок с участием россиян и т. д. Но, во-первых, эти трудности так или иначе преодолеваются на местах (в том числе в Европе, где в меньших объемах, но по-прежнему совершаются покупки), во-вторых, они не являлись препятствием ранее – в 2022–2023 гг. на волне повышенного спроса, который некоторые риелторы назвали “невротическим”.
В 2023–2024 гг. наблюдалось не только уменьшение притока россиян с целью релокации, но и отток из страны ранее приехавших релокантов: в обратном направлении – в Россию, но чаще далее – в другие страны. Это вызвано совокупностью многих обстоятельств, большинство из которых имеет прямое отношение к ситуации в принимающей стране и ее политике по данному вопросу.
Более 40 лет, с 1984 г., Турция находится в числе стран, способных стать местом дислокации стартапов, рыночная стоимость которых превышает 1 млрд долл. Накануне празднования 100-летия Турецкой Республики эксперты отмечали “настоящее чудо” – период расцвета “весьма перспективной и самобытной экономики Турции”. Однако при впечатляющем росте ВВП (6%) уровень жизни людей неуклонно падает: доходы более 60% турецких семей полностью уходят на покупку еды и оплату жилья. Это при том, что в аграрной Турции дешевая потребительская корзина (в сравнении с российской, например) и много местной недорогой еды, что часто отмечали дислоцировавшиеся в стране релоканты (по крайней мере, до 2024 г.).
Большую проблему представляет инфляция. Обвал лиры в 2021 г. составил 44%, в 2022 г. – 27%, а в 2023 г. заговорили о ее свободном падении “даже если ЦБ Турции начнет повышать ставку”. На пике инфляционный показатель достигал 85%. Важно отметить, что за публикацией отчетных материалов на местах последовали крупные увольнения в турецком статистическом ведомстве. К этому следует добавить малые резервы Центрального банка (более чем в 4 раза меньше в сравнении, например, с Казахстаном), высокую зависимость от притока валюты и внешней торговли, как и ее отрицательный баланс, а также острый дефицит доверия инвесторов.
Многое в списке проблем касается всех резидентов страны напрямую и ощущается ими непосредственно – в повседневной жизни, на бытовом уровне. Что же касается российских релокантов, то немногие из их числа обладают собственным опытом ведения хозяйства в условиях высокой инфляции. Возможно, они имеют детскую или подростковую память об экономическом выживании своих семей в подобных условиях в процессе и после разрушения СССР. Разумеется, этот опыт негативный, что сказывается на уровне их тревожности из-за объективно высокой волатильности ситуации в стране, где они сейчас вынужденно и временно находятся. Турецкая неопределенность неизменно фигурирует в анкетах в качестве причины острых дискомфортных состояний релокантов и членов их семей.
Низкие зарплаты – также существенный минус для релокантов. Учитывая, что большинство уехавших россиян – выходцы из больших городов часто с состоявшейся карьерой или более или менее успешным бизнесом, тема доходов играет важную роль. Между тем среди европейских государств Турция считается одним из беднейших. По данным 2023 г., она замыкает пятерку стран с минимальной заработной платой: Северная Македония (359 евро), Албания (375), Болгария (399), Сербия (461), Турция (519 евро), а доля работников, получающих минимальную зарплату, достигает 50%. В то же время стоимость жизни здесь в сравнении с европейскими странами средняя, а минимальная заработная плата соотносима с базовыми расходами граждан. Согласно данным турецкой Ассоциации экономического предпринимательства и деловой этики IGIAD, которая ежегодно проводит оценку минимального уровня финансового обеспечения, необходимого для проживания в разных регионах страны, прожиточный минимум в 2024 г. составлял приблизительно 484 долл., что ниже минимального установленного заработка. Однако уже с 1 января 2024 г. МРОТ в Турции был повышен на 49% и достиг 17002 турецкие лиры (578.25 долл.). Очевидно, что это повышение – слабая реакция на продолжающуюся инфляцию.
Объясняя выбор Турции россиянами, следует отметить относительно невысокие в сравнении с европейскими цены на жилье и питание. Аренда однокомнатной квартиры в 2022–2023 гг. составляла около 360–800 долл. в зависимости от близости к центру. Цена за квадратный метр жилья в случае покупки достигала 1000–1700 долл. Основные коммунальные платежи в указанный временной период не превышали 60 долл. в месяц, интернет – около 10 долл. Но в условиях стремительной инфляции и общей волатильности экономической ситуации в стране показатели постоянно меняются. Стоит также учитывать расходы на детский сад и школу. В потребительскую корзину входят и общественный транспорт (личный автомобиль считается в Турции “роскошью”), базовая продуктовая корзина, фитнес-залы, досуг. Что касается повседневных трат, то россияне не следуют стратегии местных жителей, которые предпочитают обедать в ресторанах среднего класса с чеком не более 30–50 долл. на двоих, а также формировать базовую продуктовую корзину на неделю с учетом покупки еды на рынках или в недорогих супермаркетах из расчета 60–80 долл.
2024 год принес некоторое облегчение для всех жителей страны. Годовой уровень инфляции снизился до 61.78% в июле по сравнению с 71.6% в июне и оказался ниже рыночного прогноза в 62.1%. Это ознаменовало долгожданное замедление роста цен и стало самым низким показателем с октября 2023 г. Отметим, что для Турции наиболее важными категориями в индексе потребительских цен являются: продукты питания и безалкогольные напитки (25% общего потребления), транспорт (17%), жилье и коммунальные услуги (14%). Ситуационно инфляция снизилась в этих и некоторых других категориях следующим образом: продукты питания, безалкогольные напитки и транспорт – до 58.91 и 46.07% соответственно (с 67.93 и 65.67%), одежда и обувь – на 39.7% (против 47.84%), мебель, бытовая техника и услуги по текущему техническому обслуживанию – 56.58% (против 67.72%), здравоохранение – 63.02% (против 78.51%), отдых и культура – 54.82% (против 61%).
Не все релоканты дождались снижения и замедления инфляции. Кроме того, сложно прогнозировать, насколько долго оно продлится. То же самое можно сказать и об уровне безработицы, который в мае 2024 г. опустился до рекордных 8.4% – это наименьший показатель с ноября 2012 г. Число безработных сократилось до 3.011 млн человек, а занятость выросла до рекордных 32.92 млн. Помимо этого, трудовая активность среди молодежи немного увеличилась (с учетом сезонных колебаний), но общий уровень безработицы в этом возрастном сегменте не улучшился по отношению к апрелю и даже незначительно вырос. Вместе с тем зафиксированные 15% в сравнении с предшествующим 21% обнадеживают [ист. 14]. Впрочем, все эти показатели – отражение острых вопросов социальноэкономической трансформации эрдогановской Турции, в том числе “усиления экономических позиций исламской части турецкой буржуазии”.
Невзирая на некоторое улучшение социально-экономических показателей, российские релоканты продолжили движение из этой страны. И здесь важно отметить другую, еще более важную составляющую комплекса причин оттока россиян из Турции – официальную политику властей по отношению к российским релокантам. Если бы стояла задача охарактеризовать ее одним словом, то оно расположилось бы между “ограничением” и “ужесточением” с переменным дрейфом то в одну, то другую сторону. В этой сфере чувствительность релокантов оказалась самой высокой, а действия принимающей стороны – критически важными для изменения их планов.
Необходимо обратить внимание в этом контексте на то, как сказался на Турции и турках наплыв россиян в 2022 г. Одно из самых заметных осложнений для местных жителей – резкий скачок цен на недвижимость в сегменте как купли-продажи, так и аренды. Индекс цен на жилье в Турции в 2010–2024 гг. составлял в среднем 211.59 пункта, достигнув рекордного максимума в 1273.50 пункта в мае 2024 г. Доля российских покупателей к этому моменту снизилась, но они по-прежнему приобретают турецкую недвижимость чаще, чем другие иностранцы. По итогам первого полугодия 2024 г. Страна входила в пятерку лидеров по спросу со стороны россиян, занимая 7% рынка. Самый высокий годовой прирост стоимости жилья был отмечен в Анталии, Стамбуле и Мерсине.
Похожая ситуация складывалась и на рынке аренды: владеющие недвижимостью турки предпочитают сдавать ее иностранцам. Это болезненно отражается на местном населении, находящемся в поиске жилья, – турецкие арендаторы и арендодатели настроены друг против друга. К этому следует добавить, что российские релоканты повлияли и на турецкий рынок труда, потеснив местных соискателей, особенно в высокооплачиваемых нишах. Раздражение в этой связи велико: “Турция же не резиновая!”. В тематических чатах и пабликах можно увидеть призывы жаловаться на работодателей, отдающих предпочтение иностранцам часто в обход местного трудового законодательства.
Обоюдные сложности культурного плана также играют свою роль. На первом месте следует выделить существующий языковой барьер. Релоканты редко владеют турецким, полагаясь больше на английский в качестве универсального средства международного общения. Впрочем, часть из них демонстрирует стремление выучить местный язык, но это не меняет общую картину. Для тех россиян, кто не имеет в арсенале ни одного иностранного языка, Турция как направление всегда будет “проигрывать” целому ряду альтернативных, в той или иной степени “русскоязычных” маршрутов: Армении, Грузии, Казахстану, Монголии, Сербии и т. д. Религиозный аспект не принципиален в краткосрочной перспективе, однако аккумулирует значимость с течением времени резидентства иноверцев в мусульманской стране.
Реагируя на недовольство коренного населения, официальные власти предприняли ряд шагов, непосредственно направленных на миграционную сферу и российских релокантов как наиболее многочисленную из перемещающихся групп. В ноябре 2023 г. уведомительный порядок сдачи жилья на срок менее 100 дней был заменен на разрешительный. Формально эта мера касается туристов, но ни для кого не секрет, что многие релоканты начинали свой путь в стране как раз в этом статусе. Официальной целью изменений стало стремление “разделить жилищный фонд на жилую и туристическую недвижимость, обязать арендодателей платить налоги и переманить туристов в отели.
Но главной ограничительной мерой выступили изменения в законодательстве, повышающие минимальную стоимость недвижимости, при покупке которой можно было получить вид на жительство (ВНЖ) в стране. Необходимая сумма выросла с 75 тыс. евро для Стамбула, Анкары и Анталии и 50 тыс. для других городов до 200 тыс. евро повсеместно. При этом средняя стоимость сделки с участием россиян, как правило, составляла 150 тыс. евро. Новые правила после вступления в силу не распространились на тех, кто получил свидетельство о праве собственности жилья в период с 26 апреля 2022 до 16 октября 2023 г. На этом фоне риелторы начали закономерно ожидать падение спроса, сформированного во многом возможностью получения турецкого ВНЖ, а также предсказывать скорое повышение минимальной стоимости недвижимости для получения гражданства за инвестиции, которое пока не произошло, – “инвестиционный паспорт” Турции в 2024 г. по-прежнему стоил 400 тыс. евро.
Впрочем, правовая инициатива лишь юридически закрепила оформившийся ранее тренд на сокращение выдаваемых разрешений. Проблемы с выдачей ВНЖ в стране начались сразу по прибытии большого потока релокантов из России осенью 2022 г. Уже тогда СМИ сообщали о том, что “в некоторых регионах Турции ВНЖ не выдается из-за превышения квот: например, в популярном у россиян Махмутларе прием заявок приостановлен”. Речь о 20%-х квотах, установленных властями, на поселение иностранцев в самых привлекательных локациях – Стамбуле, Анталии и некоторых других.
Параллельно с государственными нововведениями недружественную инициативу проявил турецкий бизнес, особенно в банковском секторе. Россияне массово имели сложности с открытием счетов и управлением своими денежными средствами в турецких банках. Все это усложняло и без того нелегкую адаптацию людей в новой стране. К декабрю 2023 г. количество проживающих в Турции с ВНЖ россиян сократилось на 34%. Вместе с физическими лицами стал уходить бизнес: число компаний с российским капиталом снизилось со 140 в 2022 г. до 68 в 2023 г. Основными направлениями “исхода из Турции” для российских релокантов стали Сербия и Черногория.
КТО ЕДЕТ В ТУРЦИЮ? СОЦИОЛОГИЧЕСКИЙ ПОРТРЕТ РЕЛОКАНТОВ ИЗ РОССИИ
Первые попытки изучения российских релокантов, создания их собирательного образа были предприняты еще в 2022 г., а в 2023–2024 гг. они продолжились более основательными исследованиями. Следует отметить, что “первопроходцы” в этом вопросе сталкиваются с большими трудностями на всех этапах исследовательской работы: в отсутствие точных цифр и налаженной обратной связи для проведения анкетирования и опросов объективно сложно и планировать, и реализовывать задуманное исследование. Тем не менее ряд общих характеристик релокантов, несомненно, выглядит достоверным и, главное, рабочим как раз для “турецкого” кластера, так как многие из респондентов дислоцировались именно здесь.
Начнем с возраста переместившихся россиян. По данным не только последних, но и более ранних исследований, новая российская эмиграция заметно “помолодела” – средний возраст респондентов составляет 32 года. Следующая характерная черта – преобладание мужчин в числе уехавших. Это тенденция новая. Относительно молодой возраст и пол не связаны напрямую с мобилизацией – тенденция на отъезд молодых мужчин наметилась десятилетие назад.
Говоря о качественных характеристиках релокантов, аналитики и эксперты единодушно отмечают: основу новой волны перемещения россиян составляют представители наиболее образованного и обеспеченного класса, в значительной массе занимающиеся “крафтовым” бизнесом (довольно обширный сектор предпринимательства, отличающийся высоким уровнем самовыражения, – кулинария, ручное производство, частные клубы и т. п.) или задействованные в цифровой экономике.
Важная характеристика массового портрета релокантов 2022 г., помимо названных профессиональных и социально-экономических уровней и возможностей, – степень подготовленности к отъезду. Многие принимали решение на фоне панических настроений, спонтанно, что также роднит представителей этой волны с постреволюционной русской эмиграцией. Ряд аналитиков акцентирует внимание на “выталкивающих” факторах, “вынуждающих людей к отъезду даже без наличия у них опыта учебы или работы за рубежом, личных и профессиональных контактов и четких перспектив будущей трудовой деятельности на новом месте”. Релоканты в своих социальных сетях указывали, что “уехали, потому что сильно испугались”. Страх действительно сыграл в целом ряде случаев определяющую роль в принятии решения о переезде: многие воспринимали свои действия “скорее не как переезд, а как эвакуацию, экстренное спасение от чего-то, что внезапно стало опасным”.
Безусловно, панические настроения и спонтанность принятого решения сыграли основополагающую роль в способности закрепиться в стране временного или постоянного пребывания. Кроме того, две условные (но хронологически явные – февраль и сентябрь 2022 г.) группы одной волны отличаются степенью политической и иной активности (общественной позицией, вовлеченностью в волонтерскую деятельность и т. д.). Хотя, как представляется, это более характерно и применимо к узкой прослойке релокантов, наиболее активных в социальных сетях и мессенджерах. Еще одна деталь, возможно, обусловленная доступностью всех видов связи, – сохранение тесных контактов с родными и близкими в России и высокая вовлеченность в российскую политическую повестку.
Релоканты в очередной раз проиллюстрировали тезис о большей социальной и географической (территориальной) мобильности тех, кто до этого уже менял место жительства и переезжал, как правило, из какого-либо региона России в другой. Вспоминается грустная шутка российских авторов на этот счет: Москва – всего лишь перевалочный пункт между провинцией и Лондоном. Проще говоря, и до 2022 г. Часть людей в стране “уже были уехавшей Россией, просто после 24 февраля они уехали физически”. Опросы говорят о том, что меньшее их число выражает неуверенность в финансовой безопасности и профессиональной состоятельности в новых местах проживания: как правило, на обретение такой уверенности уходит около полугода. Многие демонстрируют высокую адаптивность, оперативно корректируя жизненные планы и стратегии.
ТУРЕЦКИЕ ПЕРСПЕКТИВЫ РОССИЯН: ВЫВОДЫ
Проведенный анализ показал, что выбор Турецкой Республики для временного или постоянного размещения обусловлен для россиян комплексом факторов. На первом месте – многолетнее туристическое знакомство с этой страной. После активизации украинского кризиса туда поехали прежде всего те россияне, которые бывали там и, скорее всего, не один раз. Многие уже снимали или имели там квартиры. Важным дополнением к решению о перемещении стали климат и экология, а географическое расположение Турции и наличие сверхсовременного авиахаба в Стамбуле делают ее удобной для тех, кому важно регулярно летать в Европу и другие регионы мира, добраться до которых из России напрямую после февраля 2022 г. невозможно.
Для длительной остановки россиян в стране Ататюрка определяющими факторами стали довольно большой срок безвизового пребывания (до 3 месяцев, непрерывно 60 дней) и относительная простота легализации, хотя условия за последние два года осложнились. Турция – одно из немногих государств, которые не остановили для россиян действие программы “инвестиционных паспортов”. Вид на жительство в Турции обеспеченным российским гражданам также получить довольно легко. Краткосрочный ВНЖ можно обновлять. Но все же есть нюансы. Как и по условиям программы “инвестиционных паспортов”, для оформления ВНЖ подходит не вся недвижимость – из-за наплыва заинтересованных иностранцев количество квот и доступных локаций в конце 2022 г. существенно сократилось. Закрытыми для оформления ВНЖ стали 1169 районов страны. Получение документов за аренду квартиры на долгий срок (обычно на год) было удобным вариантом, но в конце 2022 г. именно у россиян с ним возникли проблемы. По мере оттока релокантов проблема была снята.
К преимуществам выбора “турецкого берега” как места релокации следует добавить ослабление турецкой лиры, что дает дополнительные преимущества имеющим твердую валюту. Кроме того, наследницу Османской империи выделяют свобода вероисповедания и широкие возможности самовыражения. Хотя всегда важно помнить, что Турция – это мусульманская страна.
К проблемам, с которыми сталкиваются релоканты из России, следует отнести сложность в поиске жилья для аренды или покупки, что напрямую связано с языковым барьером. Во всех госорганах, банках и иных учреждениях турки неохотно говорят на английском языке, что на этапе легализации осложняет весь процесс. Кроме того, иностранцам в Турции практически невозможно устроиться на работу. Поэтому наличие занятости, не привязанной к месту пребывания, или контракта с местной компанией – одна из главных характеристик релокантов из России в этой стране. Наиболее комфортно себя здесь чувствуют “удаленщики” или “цифровые кочевники”.
Несмотря на сопутствующие релокации сложности, атмосфера в Турции по отношению к релокантам определяется ими самими как гостеприимная, а позиция турецких властей и общества в целом – как дружелюбная. На начальном этапе до трети респондентов из числа недавно переехавших в страну были готовы остаться здесь более чем на три года, что тогда повлияло на существовавший прежде миграционный баланс в Турции с былыми “лидерами” иммиграции в лице граждан Ирана и Ирака. По мере изменения ситуации как в России, так и в принимающей стране корректировались настроения и планы россиян, что оставляет надежду на возвращение их значительной части на родину.
Е.С. Арляпова, Е.Г. Пономарева, Н. Шентюрк
.jpg
)
