Великие державы и внешняя политика: что ожидать в 2015 году

02 Mar 2015

Великие державы и внешняя политика: что ожидать в 2015 году?

Об авторе
Тарик Огузлу является профессором факультета политологии и международных отношений Международного Университета Анталии.

Резюме
Принимая во внимание тот факт, согласно которому внешняя политика формируется, в основном, за счет таких материальных факторов как возможность применения военной силы, географическое положение и национальные интересы, и нематериальных факторов, таких как ценности, нормы, идеология и культура, данная статья повествует о том, что внешняя политика великих держав в 2015 году будет проводиться скорее в русле наращивания мощи, нежели в направлении формирования миролюбивой региональной и глобальной политической среды. Во время геополитических потрясений и при растущей анархии решение правовых вопросов мировой политики может стать роскошью даже для великих держав.

Введение
2014 год запомнился интенсификацией конфронтации великих держав и усилением противоборства по всему миру, ярким примером которого стала конфронтация России и западных держав на Украине. Многие аналитики и ученые подчеркивали, что рост политического влияния государств незападного мира бросает вызов первенству западных держав и делает запрос на создание альтернативных институциональных политических структур для замены существующего либерального мирового порядка.

Анализируя внешнюю политику
Анализ внешнеполитического поведения государств требует углубленного изучения мотиваций, которые движут государственными лидерами. Ученых, анализирующих внешнюю политику, можно разделить на две основные группы, из которых одна утверждает, что внешнеполитические поведение, главным образом, зависит от факторов материальных возможностей власти, географического положения и установления международных связей, в то время как другая группа считает, что нематериальные факторы, такие как индивидуальные особенности, система взглядов, мировоззрение, идеология и культура, играют более значительную роль во внешней политике.
Третья группа ученых, в надежде объединить идеи из вышеупомянутых подходов, утверждает, что выделение лишь одной группы факторов не приблизит нас сколь-нибудь близко к пониманию сложностей реального мира, и предлагает ученым использовать более целостный подход. Так называемый неоклассический реализм в международных отношениях можно воспринимать как научную попытку успешно объединить материальную и нематериальную мотивацию во внешнеполитическом поведении государств.
Осознание роли материальных факторов может происходить через нематериальные факторы, которые составляют идентичность и ценности государств. Внешние и материальные факторы формируют контекст, в котором государственные лидеры действуют. При этом способ реагирования государственных лидеров на эти материальные факторы в значительной степени зависит от того, каким образом лидеры определяют идентичность и миссию своих стран в мировой политике. Выбор внешнеполитического курса зависит от того, кто управляет государством.
Это вовсе не значит, что во внешней политике разных государств происходят аналогичные процессы. Неоклассический реализм может быть в равной степени применим для всех государств, независимо от их мощи, географического положения и геополитических устремлений.
Многие средние и малые государства больше озабочены вопросами собственного выживания. По сравнению с великими державами, их возможности ограничены. Успех и обеспечение выживания таких государств зависит от их способности балансировать между великими державами. Их внешняя политика будет направлена, прежде всего, на смягчение негативных последствий конкуренции между великими державами. По сравнению с великими державами, средним и малым государствам трудно проводить ориентированную на ценностно-нормативный фактор внешнюю политику.
С другой стороны, великие державы, проводящие свою внешнюю политику на основе как материальных, так и нематериальных ценностей, находятся в гораздо лучшем положении, чем средние и малые государства. Огромные материальные возможности позволяют им формировать внешнюю среду, а не просто реагировать на происходящие в мировой политике события. Использование мягкой силы во внешней политике также является прерогативой великих держав. Великие державы не только чувствуют себя в безопасности с точки зрения их территориальной целостности, но также легко используют свои огромные материальные возможности для проведения ценностно-формирующей политики за рубежом.
Тем не менее, для проведения великими державами ценностно-ориентированной внешней политики должны выполняться одновременно два условия. Во-первых, они должны быть уверены, что их территориальная целостность и выживание будут обеспечены в долгосрочной перспективе.
Во-вторых, внешнеполитическая обстановка должна не только способствовать сотрудничеству во многих областях, но и создавать условия для всеобщего признания великих держав таковыми. То есть, учитывая, что великие державы считают, что постоянно находятся под угрозой и во враждебном окружении, в частности, других великих держав, склонность к силовому решению проблем будет преобладать над желанием решать проблемы в правовом поле.
Нормативные / идейные / нематериальные и силовые / реальные / материальные факторы сосуществуют во внешней политике великих держав. Например, внешняя политика США на Ближнем Востоке не может быть верно осмыслена, не принимая во внимание идейную / ценностно-ориентированную логику продвижения демократии наряду с материалистической / интересо-ориентированной логикой поддержания региональной стабильности. Вся послевоенная эра американской внешней политики представляет собой успешное сочетание этих двух альтернативных логик. Так, сдерживание распространения советского влияния в разных регионах при помощи использования жестких силовых методов шло рука об руку с продвижением Pax Americana, при котором правовые нормы и ценности Запада признавались законными другими государствами.
Аналогичным образом после окончания Холодной войны американские усилия по вложению больших средств в Восточную Азию были направлены как на сдерживание экономического роста Китая, так и на обеспечение интеграции Китая в либеральную правовую систему мирового порядка. Таким же образом китайская внешняя политика, в частности, в Восточной и Юго-Восточной Азии, отражает реальный политический интерес к ограничению доступа внешних акторов в регион (а именно США), а также стремление к созданию дружественной для Китая политической среды, в которой Pax-Sinica будет считаться легитимным. Внешнеполитические действия России в Восточной Европе, Черноморском регионе и на Ближнем Востоке также соответствует подобной логике. Политика России в последние годы направлена не только на расширение сферы влияния в данных регионах, но и на убеждение других акторов в том, что термины «суверенная демократия», «неприкосновенность территориальной целостности», «невмешательство во внутренние дела других государств» и «превосходство великих держав» по-прежнему легитимны по всему миру.

Что ожидать в 2015 году
По прогнозам, в 2015 году возрастет количество действий со стороны великих держав, в первую очередь Китая и России, по сохранению / наращиванию материальных возможностей обеспечения их безопасности. Многим великим державам пришлось иметь дело с огромным количеством экономических и политических вызовов в прошлом году. Несмотря на то, что сотрудничество Соединенных Штатов Америки и Китая, часто называемое G-2 или Кимерика, оказывает наибольшее влияние в мировой политике, становится все более очевидным, что ни одна великая держава не имеет возможностей для единоличного формирования мировой политики. Уязвимость великих держав во внешней политике и растущая потребность с их стороны в сохранении / повышении материальной силы, а не в создании международных правовых норм, стали заметнее чем когда-либо в 2014 году.
Например, после аннексии Крыма и военного вторжения на восток Украины, западные державы наложили санкции на Россию. Экономика России ослабла после резкого падения цен на нефть и сопутствующей амортизации российской валюты по отношению к доллару США. Россия в этой ситуации продемонстрировала типичную реалполитику, направленную на повышение материальных возможностей власти, а также способствовала расширению своей сферы влияния. В ближайшие годы эти тенденции, вероятно, сохранятся.
Замедление развития также можно заметить в китайской экономике, учитывая, что темпы роста экономики Китая снизились до 7,5% в прошлом году. Несмотря на усилия Китая по созданию благоприятной политической среды в Восточной и Юго-Восточной Азии, число внутренних проблем, таких как неравномерное распределение доходов в обществе, ухудшение экологических проблем, коррупция и этнический сепаратизм, возросло. Все это говорит нам о том, что в ближайшие годы, вероятно, китайские лидеры будут уделять больше внимания развитию материальных возможностей Китая, а также неотложному решению внутренних проблем.
Другая причина повышения значения материальных факторов и роли национальных интересов во внешней политике, которая движет всеми великими державами – стремительный подъем Исламского Государства на Ближнем Востоке и громкие террористические акты его филиалов по всему миру. Последние теракты в Париже, нацеленные на сатирический журнал Charlie Hebdo, можно интерпретировать как побочный эффект ухудшения глобальной безопасности после подъема ИГ. Распространение религиозного терроризма по всему миру, вероятно, заставит великие державы сосредоточить свое внимание на регулировании социальных отношений на своей территории для обеспечения государственной безопасности. Растущая потребность победить религиозный терроризм на Ближнем Востоке может косвенно привести к нормализации отношений между западными державами и другими великими державами, в частности, Россией.
Рост конфронтации между великими державами по всему миру; растущие изоляционистские тенденции со стороны Соединенных Штатов; рост числа проблем ЕС; увеличение числа глобальных акторов; угрозы безопасности, исходящие от распространения транснациональных террористических движений; расцвет анархии и хаос в системе международных отношений – все это указывает на то, что великие державы пытаются сохранить и увеличить скорее свои материальные возможности, нежели принимать участие в трансформации правовых норм мировой политики. Во время геополитических потрясений и при растущей анархии решение правовых вопросов мировой политики может стать роскошью даже для великих держав.

(Перевел м.н.с. Центра партнерства цивилизаций,
к.п.н.  Суханов В.А.)

Dec 28
Научная конференция «2022: Предварительные итоги»

27 декабря 2022 года Международный институт развития научного сотрудничества «МИ ...

Nov 22
Поздравляем Елену Георгиевну Пономареву с юбилеем!

21 ноября отмечает юбилей Президент Международного Института Развития Научного С ...

Mar 01
Круглый стол РСМД и МИРНаС «Взгляды России и Турции на ситуацию в Центральной Азии»

1 марта 2022 г. в 13:30 Российский совет по международным делам (РСМД) совместно ...

Jan 20
Научная конференция «2022: тенденции, прогнозы, риски»

Фонд Горчакова совместно с Международным институтом развития научного сотрудниче ...

Наши партнеры

Президиум

Profesor Name
Пономарева Елена Георгиевна

Президент Международного Института Развития Научного Сотрудничества
Российский политолог, историк, публицист. Доктор политических наук, профессор МГИМО

Profesor Name
Ариф Асалыоглу

Генеральный директор Международного Института Развития Научного Сотрудничества

Profesor Name
Мейер Михаил Серафимович

Научный руководитель Международного Института Развития Научного Сотрудничества
Доктор исторических наук. Профессор

Profesor Name
Наумкин Виталий Вячеславович

Председатель Попечительского совета Международного Института Развития Научного Сотрудничества
Доктор исторических наук, профессор, член-корреспондент РАН. Директор Института востоковедения РАН. Член научного совета Российского совета по международным делам.

Profesor Name
Мирзеханов Велихан Салманханович

Заместитель Председателя Попечительского совета Международного Института Развития Научного Сотрудничества
Доктор исторических наук. Профессор кафедры стран постсоветского зарубежья РГГУ, профессор факультета глобальных процессов МГУ им. М.В. Ломоносова.

Встреча российских и турецких молодых интеллектуалов